Мнения

Платная медицина вместо фальшивого “равенства”

Введение странных запретов на частную медицину не уменьшит число пациентов, лежащих в коридоре. Наоборот, попытка навязать равенство приведет к расцвету “черного” рынка медуслуг. Тем, у кого нет денег или протекции, это не принесет ничего хорошего.

“Черный рынок” медицины процветает в Израиле – об этом свидетельствуют данные отчета, недавно опубликованные в СМИ. 102 медика – врачи и медсестры – сообщили, что 92% из них получали подарки от пациентов, 44% “протежировали” своих пациентов, 67% получали от пациентов предложения взятки.

Публикация данных этого исследования идеальным образом совпала с арестом мошенников, которые собирали деньги с пациентов, обещая поспособствовать их продвижению в очереди на получение тех или иных услуг. Есть подозрение, что долю они платили врачам больницы «Адасса эйн-Карем», которые были допрошены по данному поводу.

Чем плох “черный рынок” медицинских услуг?

Казалось бы, чем плох принцип “медицина за наличный расчет”? Ведь кажется, что от этой сделки выиграют все: пациент получает лучшее лечение, и его жизнь может быть спасена, или состояние здоровья улучшится; а медработник зарабатывает деньги… Проблема, разумеется, возникает у тех пациентов, которые не заплатили – ведь закон запрещает им это делать! Таким образом, от медицинского “черного рынка” выигрывают лишь те, кто нарушает закон.

В этом свете не совсем понятно, почему проблемой считаются подарки врачам. Это разрешено законом, все так делают, так что принцип равенства сохраняется. А вот плата или протекция – уже отклонение.

Как возникла “медицина за нал” и почему этот рынок процветает? Так же, и по той же причине, что и другие “черные рынки”. Вспомните плакаты и радио-ролики о “войне с черным рынком” в 50-е годы прошлого века. Почему тогда “черный рынок” процветал? Потому что правительство объявило о политике нормирования, назвав ее режимом “жесткой экономии”. В рамках этой политики каждый гражданин получал лишь определенную корзину продуктов, вводился контроль за ценами, нельзя было совершать покупки вне правительственных рамок – все ради абсолютного равенства. Естественно, подобная ситуация привела к формированию процветающего “черного рынка”: если ты голоден и хочешь съесть еще яиц, если продавец готов их продать, а тебе есть чем за них платить, то вы вместе найдете способ обойти правительственного инспектора, который хочет достичь равенства для всех путем соответствия самому низкому стандарту.

Однако у “черного рынка” есть недостаток, которого нет у обычного: поскольку все делается в тайне, то спорные вопросы не могут разрешаться в суде, а расходы на уклонение от контроля повышают стоимость продуктов.

Правительство пыталось бороться. “Ликвидировать «черный рынок» – пока он не уничтожил тебя”, – писали на плакатах, и формулировка оказалась точной: рынок, действительно, уничтожил режим “жесткой экономии”, который в итоге был отменен.

Сегодня того, кто начнет фантазировать о подобной политике, навязанной сверху и запрещающей торговать, например, продуктами питания, сочтут безумцем. Именно поэтому “черного рынка” и нет – можно выкладывать на прилавок все, что угодно. И ведь не живем мы сегодня хуже, чем в пятидесятые, верно?

Такой политики нет на рынке продуктов питания, нет на рынке текстильных товаров, нет в сфере технологий – поэтому там нет “черных рынков”. Но в системе здравоохранения ситуация иная. Здесь мы по-прежнему убеждены, что навязанное сверху равенство – это то, что надо!

Да, здоровье – это очень важно, критически важно. Ситуация, при которой у богатых будет медицина, а у бедных – нет, совершенно неприемлема. Однако… ведь и продукты питания важны для здоровья, даже больше, чем лекарства. Если в области продуктов мы выучили, что правительственный диктат рынку наносит ущерб всем, включая бедных, то разве мы не должны осознать то же самое и относительно рынка медицины?

Фальшивое равенство и власть протекционизма

“Черный рынок” – это лишь одна сторона вопроса. Протекционизм – вот его двоюродный брат. Явление, которое становится все более распространенным.

Ни в одном обществе нет полного равенства. В обществе “равных возможностей”, в котором запрещено платить за услуги, очень быстро появляются заменители денег: семейная, или дружеская, или коллегиальная близость. В 60-70 гг. в Израиле, когда Гистадрут безраздельно властвовал над экономикой, так все и выглядело: все были равны, но некоторые равнее других. Нет красной книжицы? Посиди в сторонке. Член партии? Сюда, пожалуйста. А, ты знаком с Зелигбоймом? Мы придумаем тебе что-нибудь.

Но чем больше экономика открывалась для конкуренции, тем больше снижалась ценность связей с “нужными людьми”. Ничего удивительного в том, что революцию Ликуда поддержали многие представители восточных общин – люди, которые прибыли в Израиле позднее поколения основателей и оказались без связей и без семей в центрах власти. Они могли надеяться только на свои силы. Для них единственным способом уничтожить власть протекционизма было уменьшить давление властных структур и увеличить силы рынка.

Подобные процессы, но в менее резкой форме, произошли и на рынке здравоохранения. В те веселые деньки всю систему держала в руках больничной кассы “Клалит”, пользовались ей в полной мере обладатели красной книжечки, а членам Гистадрута отдавалось предпочтение и в медицинских услугах. Но постепенно и этот рынок открылся для конкуренции, пусть частично и нерешительно. Была дана возможность предоставлять частные медицинские услуги (ШАРАП), и ряд других.

В итоге “черной рынок” медицинских услуг съежился, что и следовало ожидать. Нисим Коэн, автор упомянутого выше исследования, отмечал это и раньше. Исследования, проведенные в 90-е годы, показали, что каждый третий пациент в Израиле сталкивался с “черным рынком”. В 2013-м году – всего 12%. Сам Коэн связывал это с процессами открытия медицинского рынка для конкуренции.

Но сам Коэн считает, что это плохо. Он призывает усилить контроль. Как и многие другие, он пытается усидеть на двух стульях: желать медицины на высоком уровне, и надеяться на то, что в ней будет соблюден принцип “равенства” под контролем правительства, и никто не захочет этот принцип обойти. Но такие надежды совершенно безосновательны, как в теории, так и на практике. Медицина, равная для всех, лишь создает множество недугов. Она перестает быть хорошей и становится посредственной для всех. Это не помешает богачам лечиться в частных клиниках или вылетать за границу. Это только сделает жизнь обычных людей еще более тяжелой.

Единственный способ бороться

Фантастическая идея о том, что если кто-то платит за медицину, то это, якобы, происходит за счет других, проистекает от неверного понимания экономики, как игры с нулевой суммой. Хотя действительность тысячу раз доказывала, что экономика выглядит иначе – на свободном рынке выигрыш одного не происходит за счет другого. Если бы рынок медицинских услуг был действительно открыт для конкуренции, от разрешения платить и получать деньги за услуги и товары лучше стало всем.

В желании получить прибыль врачи и те, кто предоставляет медицинские услуги, станут уделять больше времени пациентам, тратить больше времени и сил на развитие медицинских технологий. Они снизят тарифы в конкуренции за клиента – как это происходит в любой другой сфере. Тогда как “равенства”, при котором все получают одно и то же, просто не существует. Если фальшивое равенство навязывают, то на богатых это не влияет, а простым людям, у которых нет связей с “нужными людьми”, вредит. Если мы хотим бороться с протекционизмом и “черным рынком” медицинских услуг, то для этого есть лишь один способ: открыть этот рынок для конкуренции. Давно пора.

Хилель Гершуни, Mida.org.il. Фотография Бориса Беленкина


Реклама



Партнёры

Загрузка…

Политика

Реклама

Send this to a friend