Мнения

О строительстве социализма в одной отдельно взятой отрасли

Трудно назвать элитный университет в Гарварде колыбелью социализма, но именно там встретились Моше Кахлон, в будущем министр финансов и глава партии Кулану, и Рои Фолькман, в будущем глава фракции Кулану в Кнессете. Наверное, можно было бы сравнить эту встречу со встречей Маркса и Энгельса в Париже, во время которой обнаружилось полное единство взглядов и с которой и началось долгое сотрудничество. Маркс и Энгельс посвятили себя борьбе за освобождение рабочего класса, Кахлон и Фолькман поставили своей целью вернуть справедливость на рынок жилья.

Были у Кахлона и другие планы, к примеру, повторить «сотовую реформу» в банковской сфере, разобраться с дороговизной жизни, ввести пособия по безработице для частных предпринимателей, добавить 10 тысяч мест в студенческих общежитиях, увеличить квартирные пенсионерам, не имеющим жилья, полностью реализовать рекомендации комиссии по борьбе с бедностью… Много чего было запланировано, но основные силы были брошены на воплощение идеи всеобщего равенства и справедливости на рынке жилья. В принципе это и понятно, добавив два отпускных дня наемным работникам, 200 шекелей пенсионерам или продлив на неделю декретный отпуск социализм не построишь и в историю не войдешь. А вот изменив тенденцию на рынке жилья и перестроив его согласно своему мировоззрению, вполне можешь остаться в народной памяти.

В качестве угнетенной прослойки были выбраны молодые семьи, которые не имеют крыши над головой. В лучших традициях социализма сразу же был создан дефицит (квартиры по скидке) и появилась очередь в 90 тысяч человек, стоящие в которой ждут, когда на рынок выбросят квартиры по льготной цене. Как положено, люди в очереди не знают, когда и что именно выбросят, каких размеров будет это что-то и сколько оно будет стоить, но стоять надо. Максимум — если не подойдет — возьмем, чтобы было. Не жить в этой квартире, так сдавать. Клин вышибается клином, сами станем инвесторами. Но Кахлона-Фолькмана такие мелочи не волнуют, согласно их линии, свобода и равенство заключаются в предоставлении возможности каждой молодой паре взять ипотеку и выплачивать ее всю жизнь. Что конкретно молодые люди будут делать с квартирой, которую субсидировали все те, кто не стоят в очереди, теоретиков не волнует.

Есть у социализма и враги, как без них. Инвесторы! Кахлон заявил, что не может быть такого, что у кого-то 4 квартиры, а у кого-то ни одной. Можно было бы построить много квартир, развить периферию, транспорт, добавить рабочие места, увеличить производительность труда и зарплаты, чтобы все смогли позволить себе столько квартир, сколько хотят, но это не социализм. Это чуждое экономическое чудо. Социализм — это любыми путями убедить тех, у кого несколько квартир, продать их. Необязательно в убыток, им даже премию за это готовы дать, но продать. Тот факт, что уже с середины 2015 года — после повышения налога на инвестиции в недвижимость — инвесторы резко снизили свою активность, а цены не начали падать, в теорию не вписывается, а потому остался без внимания.

Строительство социализма идет тяжело, что в принципе не удивляет на фоне слабой политической подготовленности масс. Подрядчики не хотят строить на периферии себе в убыток и приходится перестраивать проекты «Цена для новосела», оставляя участникам всего 50% квартир. Но это не страшно, потому что участники лотереи все равно не хотят ехать жить на периферии и выигрывать квартиры со скидкой в 100 тысяч шекелей, когда в центре страны скидки могут дойти и до миллиона шекелей. Жители городов в районах спроса не готовы на массовую застройку, тем более без развития инфраструктуры: политическая безграмотность не позволяет им понять, что сейчас надо мобилизоваться и стиснуть зубы в пробках, а инфраструктура будет потом. Мэры городов, которые не хотят потом платить цену на выборах, поддерживают жителей. Владельцы трех и более квартир не хотят их продавать и ведут борьбу против налогообложения, хотя Кахлон — который против налогов — и не хочет их облагать таковыми. Он хочет, чтобы те просто продали квартиры.

К слову о налогах: так как в Израиле все-таки не социалистическая экономика, то факт, что одна льготная программа следует за другой, а бюджетное одеяло больше не становится, не может не вызывать тревогу. Не квартирой единой жив человек.

P.S. Вы обратили внимание, каким крепким орешком оказалась дороговизна жизни? Уже второе правительство с ней борется, попутно победив иранскую ядерную угрозу, а единственными результатами, по-прежнему, являются сотовая реформа Кахлона и «Открытые небеса» Каца.

Юрий Легков, НЭП

 


Реклама

Политика

Реклама

Реклама


Send this to a friend