Детали

Коммерческие тайны Биньямина Нетаниягу

«Мы должны противостоять любой коррупции, а особенно если она затрагивает стратегические системы вооружения, закупаемых страной». Это – цитата из очередного сообщения блока «Кахоль лаван», который все последние дни педалирует одну тему: 16 миллионов шекелей, полученные Биньямином Нетаниягу в 2010 году от своего брата, могут быть сочтены завуалированной взяткой, и отражать серьезный конфликт интересов в решениях, принимаемых премьер-министром Израиля.

Суть вопроса

Нетаниягу лишь недавно заявлял, что все акции в предприятии, принадлежащем его двоюродному брату Натану Миликовскому, он продал, когда был частным лицом. Однако издание TheMarker выяснило, что это не так: Биньямин Нетаниягу являлся акционером завода SeaDrift в Техасе, США, и в те периоды времени, когда занимал важные государственные посты.

Завод был куплен этой семьей в апреле 2005 года — тогда Нетаниягу был министром финансов. Он ушел с этого поста только в августе 2005 года. А в 2008 году другая компания, Graphtech International, приобрела 19% этого завода – и, таким образом, стала деловым партнером Нетаниягу, когда он был главой парламентской оппозиции.

В 2009 году Нетаниягу вернул себе пост главы правительства, и оно начало продвигать решение по покупке шестой по счету подводной лодки у корпорации ThyssenKrupp. В апреле 2010 года компания Graphtech сообщила, что достигла соглашения о слиянии с заводами Миликовского. 29 ноября Нетаниягу продал свои акции двоюродному брату (точнее, одной из его компаний) за 16 миллионов шекелей. И уже на следующий день, 30 ноября, слияние было совершено, а Миликовский стал совладельцем Graphtech, выручив 700 миллионов долларов за свои активы.

Какая связь? Дело в том, что SeaDrift производит графит – материал, который используется затем в специальном оборудовании для доменных печей, при производстве стали. Завод в то время, когда Нетаниягу был его совладельцем, занимал весьма значимую долю мирового рынка этого продукта. Но неизвестен был ни список его клиентов (частная компания не обязана их публиковать), ни доля, которая принадлежала в нем Нетаниягу. А вот Graphtech, которая затем купила SeaDrift – компания общественная, потому теперь известно, что одним из важнейших клиентов там является корпорация ThyssenKrupp, германский гигант, производящий и подлодки для Израиля.

Это порождает подозрения в том, что решение о покупке новой подлодки правительством Нетаниягу могло быть принято с учетом того, что на сделке заработает и компания, принадлежащая его двоюродному брату. А это как минимум – конфликт интересов. Укрепляет эти подозрения тот факт, что консультант Нетаниягу, Давид Шомрон, представлял и Мики Ганора – представителя этой германской корпорации. Шомрона в деле №3000 подозревают как раз в том, что он использовал свою близость к Нетаниягу, чтобы продвигать интересы ThyssenKrupp. Но Шомрон представлял в Израиле также Натана Миликовского! Кстати, Шомрон тоже приходится братом и Нетаниягу, и Миликовскому – правда, троюродным.

Потому сейчас «Кахоль лаван» требует предоставить полную неприкосновенность государственному свидетелю, бывшему представителю компании Tуssenkrupp в Израиле – в обмен на предоставление им большей информации по делу №3000. А точнее, данных о выгоде, которую могли получить фигуранты этого расследования как от израильских закупок у германской корпорации, так и от данного Нетаниягу согласия на продажу подлодок Египту.

Конфликт интересов

— Все это говорит о том, что если Нетаниягу сейчас покупает подлодку, то его брат косвенно на этом зарабатывает. Это конфликт интересов, и он должен был сообщить об этом. Но не сообщил, — так прокомментировал ситуацию в интервью «Деталям» Рам Бен-Барак. В прошлом заместитель главы разведслужбы Моссад и директор министерства по делам разведки, сегодня он – кандидат в депутаты Кнессета от списка «Кахоль лаван». — Сейчас известно, что Шимрон вовлечен в это, и Шаран вовлечен (следователи предполагают, что Давид Шаран, бывший в то время главой канцелярии премьер-министра, получил 130 тысяч шекелей от Мики Ганора, за продвижение его деловых интересов — прим. «Детали»), а Нетаниягу говорит, что ничего не знал?

Но даже если так: там ведь многие делали деньги, значит, надо проверить, нет ли среди них и денег Нетаниягу. Они могут лежать годами на определенном счету. То, что он говорит, что ничего не заработал на этом – не значит, что его адвокат, например, не придержит для него какой-нибудь миллион долларов, чтобы отдать через много лет, когда он уже не будет главой правительства. Это же не будет означать, что он их не заработал? Но и потом никто не скажет, что отсрочено платят за подлодки – а скажут, например, что когда-то он был ему должен… Что же мы будем знать тогда?

— Разве подозрения на инсайдерскую информацию или другие действия с акциями не должны расследоваться Управлением ценных бумаг?

— Я не уверен, что там знали об этом. Это же американская компания. А у нас, слава Богу, не ведут слежку за политиками и правительственными чиновниками, даже полиция начинает следствие только в том случае, если есть подозрение, обращение, повод. Мы полагаемся на то, что глава правительства сам сообщит, что положено. Есть для этого специальный бланк. Я, например, был генеральным директором в правительственном офисе. Заполнил бланк о конфликте интересов, записал туда все, что у меня есть – чтобы отстраниться от вещей, которые касаются меня или кого-то из членов моей семьи. Это же очень просто! А у него были акции компании брата, который покупал ему костюмы, давал деньги…

— Разве премьер-министр в ответе за родственников?

— Он не должен отвечать за них. Но у него были акции его компании, и он продал их за день до слияния!

Все остается в семье

Эта история всплыла сейчас из-за того, что Нетаниягу просил утвердить получение им от Миликовского, а также от бизнесмена Спенсера Патриджа, 300 тысяч долларов на покрытие расходов на юридическую защиту. Деньги ранее уже были получены, без разрешения, и теперь их придется вернуть, потому что эту просьбу Нетаниягу комиссия отвергает уже во второй раз. В обосновании отказа комиссии было упомянуто другое решение – от 2009 года, когда Нетаниягу тоже просил разрешить ему занять у Миликовского денег. Тогда он впервые сообщил, что имеет с ним деловое партнерство.

Однако тогда не было упомянуто имя компании – лишь то, что она действует в сталелитейной сфере. Перед публикацией статьи «Что он скрывает?» 25 февраля 2019 года The Marker просил канцелярию Нетаниягу предоставить информацию: как называется корпорация, в которую он вкладывал деньги? Кому именно он продал акции в 2010 году? По какой цене? Владеет ли он акциями каких-то других компаний вместе с родственниками? Но в канцелярии премьера отказались отвечать на вопросы.

В 2017 году Нетаниягу, реагируя на публикацию корпорации общественного вещания КАН, сообщил, что ему ничего не известно о клиентах компаний, которыми владеет Натан Миликовский, и они никогда даже словом на этот счет не обменивались. Теперь известно, что они говорили об этом, а до 2010 года были еще и деловыми партнерами. Имя Миликовского, кстати, упоминается и в деле №1000 («дело о подарках»): он покупал Биньямину Нетаниягу дорогие костюмы и поддерживал деньгами — хотя состояние Биньямина Нетаниягу оценивается примерно в 50 млн. шекелей.

Инвестиция, сделанная им в 2005 году, очевидно, внесла свой вклад в это состояние и была успешной. За те годы, что он был совладельцем завода SeaDrift, продажи его увеличилась с 96 миллионов долларов в 2005-м до 330 миллионов долларов в 2008 году. Но в 2009 году доходы компании резко упали, до 74 миллионов в год – вероятно, из-за всемирного экономического кризиса.

Семья Миликовских владела еще одним заводом, производящим аналогичные материалы для сталелитейной промышленности — C/G Electrodes, в Пенсильвании (США). Этот завод также был продан Garptech International, в рамках слияния. Миликовский получил за свои активы 700 миллионов долларов – часть наличными, другую – акциями Garptech. Слияние шло двумя этапами: в 2008 году за 19% акций SeaDrift было заплачено 135 млн. долларов. На ноябрь 2010 года пришелся второй этап. По его итогам Миликовский стал владельцем примерно 11% акций и облигаций Garptech, стоимость которых исчисляется сотнями миллионов.

Но даже если «забыть» о деловых интересах семьи Миликовских, видно, что с 2009 года, когда Нетаниягу занял пост главы правительства, и до конца 2010 года Garptech International была как наиболее вероятным покупателем завода SeaDrift, одним из основных клиентов которой был производитель подводных лодок ThyssenKrupp, так и деловым партнером Биньямина Нетаниягу, который также был в тот период совладельцем этого завода.

Мики Ганор, обвиняемый по «делу о подлодках», был вновь задержан 19 марта. Содержание его под стражей продлено до ближайшего воскресенья, 24 марта.

Эмиль Шлеймович, «Детали». К.В. Использованы материалы Гура Мегидо, TheMarker

Фото: Эмиль Сальман



Реклама




Партнёры

Загрузка…

Политика

Реклама

Send this to a friend