Детали

Какое наследие оставит Трамп Израилю

Ни для кого не секрет, что один процент человечества живет совсем не так, как мы. Мы летаем туристическим классом, они — первым классом или на частном самолете. У нас есть один дом, у них — несколько. Мы можем в отпуск взять напрокат каноэ, у них в марине стоит яхта.

Но экономический спад, а возможно, даже рецессия, должен служить уравнивающим фактором. Даже если рост безработицы не окажет значительного влияния на этот один процент, они наверняка почувствуют снижение корпоративной прибыли и дивидендов. Но, похоже, мы достигли точки, после которой даже в суровой экономической реальности один процент продолжает жить в другом мире – не том, где остальные 99 процентов.

Мы видели это во вторник 10 июня, когда нью-йоркская фондовая биржа поднялась после заявления председателя Федеральной резервной системы США Джерома Пауэлла о том, что если торговые войны, объявленные президентом США Дональдом Трампом, приведут к ослаблению экономики, центральный банк готов действовать соответствующим образом. Пауэлл никогда не говорил, что на самом деле снизит процентные ставки, но ему это и не нужно. Все и так все поняли, и индекс S&P500 вырос в ответ на 2,1 процента, достигнув второго по величине ежедневного прироста в этом году.

С одной стороны, оживление на фондовом рынке вполне обоснованно. Продолжавшиеся десятилетие игры на повышение были обусловлены, прежде всего, исторически сложившимися низкими процентными ставками. Падения в последнем квартале прошлого года были вызваны тем, что процентные ставки выросли до такой степени, что инвесторы увидели в этом опасность. Рынок вновь оживился в январе, когда Федеральная резервная система дала понять, что нью-йоркской фондовой бирже не нужно беспокоиться по поводу дальнейшего повышения ставок.

Но на другом уровне поведение рынка, безусловно, демонстрирует полное отсутствие связи с экономической реальностью. Период, наступивший после рецессии 2008 года, не был нормальным; экономисты и ведущие банкиры до сих пор ломают голову, пытаясь понять, что тогда происходило, и как могла так долго продержаться противоречивая ситуация, в которой бок о бок существовали сверхнизкие процентные ставки, экономический рост — в пределах от благоприятного до сносного, — и низкая инфляция.

Однако в обычное время центральные банки, такие как Федеральная резервная система (ФРС), снижают процентные ставки, когда чувствуют, что грядут экономические проблемы. Когда ФРС снижает ставки – это хорошее лекарство, но болезнь по-прежнему остается серьезной. Если у вас голова раскалывается от боли, сообщение о том, что в местной аптеке — скидки на аспирин, не сделает вас счастливыми. Но создается впечатление, что один процент, который управляет играми на Уолл стрит, пристрастился к аспирину до такой степени, пришел в такой восторг от скидок, что уже забыл о жуткой головной боли.

Интересно, что в тот самый день, когда на Уолл-стрит радовались заявлению Пауэлла, Всемирный банк присоединился к прогнозам других аналитиков, предсказывающих дальнейшее замедление мировой экономики. Уже во второй раз Всемирный банк пересматривает свои прогнозы и весьма пессимистично настроен относительно перспектив в экономике. «Доверие в мире бизнеса падает, темпы мировой торговли замедляются, инвестиции в экономику развивающихся стран на спаде, — заявил в беседе с журналистами президент Всемирного банка Дэвид Малпасс. — Импульс роста по-прежнему неустойчив».

Трудно назвать другой исторический момент, когда можно было бы указать на одного человека и заявить: он причина глобального экономического спада. Мировая экономика – сложный и гигантский механизм. Но Трамп по своей натуре человек, который нарушает правила, и, быть может, это одно из правил, которое он нарушил. Его политика установления пошлин в отношении всех без исключения стран, с которыми у США возникают конфликты, включая конфликты неэкономические, как в случае с Мексикой, со временем отражаются на мировой экономике.

Дело не только в количестве торговых партнеров, которым он объявил войну, но и непредсказуемости его военных действий. Предприятия не знают, когда и где будет нанесен очередной удар по цепочке поставок, и потому они не в состоянии адаптироваться к внезапно переменившейся ситуации. Мелкие трейдеры, представляющие собой противовес Уолл-стрит, начинают это понимать, но Уолл-стрит этого не замечает.

Не замечает и Израиль. Грустно видеть, что Трамп по-прежнему популярен в Израиле (хотя опросы показывают, что израильтяне доверяют ему меньше, чем Обаме до того, как последний заключил ядерную сделку с Ираном). Трамп обласкал Нетаниягу, перенес посольство США в Иерусалим и признал суверенитет Израиля над Голанскими высотами. В знак признательности в его честь будет назван городок на Голанах — со времен Трумэна такого не удостоился ни один американский президент.

Увы, бюро по трудоустройству в Тель-Авиве в большей степени заслуживает носить имя Трампа, так как безработица может оказаться самым долговременным наследием, которое оставит американский президент Израилю. Перенос посольства, суверенитет над Голанами – символические акты, не имевшие для Израиля серьезного практического значения и, безусловно, не повлиявшие на то, как остальной мир воспринимает статус этих мест. Но глобальная рецессия, вызванная торговой войной, за которую отвечает Трамп и только Трамп — это совсем другое.

На данный момент в смысле экономики в Израиле, как и в Америке, все выглядит хорошо. Но Израиль ориентирован на глобальную экономику: более трети нашего валового национального продукта поступает от экспорта, сектор хайтека почти полностью зависит от иностранных инвестиций и закупок зарубежных компаний. Если из-за политики Трампа мировая торговля и иностранные инвестиции пойдут на спад, пойдет на спад и экономика Израиля.

Давид Розенберг, «ХаАрец», М.Р. К.В. Фото: Борис Беленкин



Реклама


Партнёры

Загрузка…

Политика

Реклама

RSS Партнеры

Send this to a friend