Детали

Араб во главе израильского банка — это чудо?

Избрание доктора Самера Хадж-Йехии на пост председателя правления банка “Леуми” было провозглашено важной вехой на пути интеграции израильских арабов в экономику Израиля. Но наша реальность такова, что это скорее чудо, увидеть которое выпадает раз в жизни.

Хадж-Йехия — специалист высшей квалификации и вполне соответствует своей новой должности. На протяжении пяти лет он был директором «Леуми» — крупнейшего по своей рыночной стоимости израильского банка, и входил в состав комиссий по кредитам, стратегии, инвестициям и ценным бумагам. Докторскую степень по экономике он получил в Массачусетском технологическом институте, а ученые степени в области бухгалтерского учета, бизнеса, экономики и права — в Еврейском университете в Иерусалиме. В те годы, что Хадж-Йехия провел в США, он работал с крупными консалтинговыми и инвестиционными фирмами, в том числе шесть лет был вице-президентом по финансовому инжинирингу компании Fidelity Investments.

Послужной список Хадж-Йехия впечатляет, так что ни кому и в голову не должно прийти, что «Леуми» нанял его на эту должность (как раз в тот момент, когда гендиректор банка Ракефет Русак Аминоах собирается уходить), из соображений политкорректности.

Будь его назначение реальной вехой, это означало бы, что сделан важный шаг вперед на пути привлечения большего числа израильских арабов в ключевые сферы израильской экономики. Но это не так. В советах директоров и в высшем руководстве пяти крупных израильских банков – в этой финансовой элите, в состав которой входит 109 человек — нет ни одного араба.

Другими словами, нет еще одного «Хадж-Йехии», который ждет, что он станет вторым в истории израильским арабом — президентом банка или первым в мире израильским арабом – гендиректором банка. Прежде чем это произойдет, пройдут годы.

Сравните это с присутствием в финансовом мире женщин. В последние годы три из пяти крупнейших банков возглавляли женщины. Даже если из 109 человек, занятых на руководящих должностях или состоящих в советах директоров, женщин только 31, это свидетельствует о значительном прогрессе в сравнении с тем, что было и 20 и 10 лет назад.

Когда СМИ или активисты рассуждают о том, как привлечь израильских арабов в центральные сферы израильской экономики, они, как правило, концентрируют свое внимание на хайтеке. В некотором смысле это логично, поскольку Израиль — страна стартапов, и в этой области отмечается нехватка мужчин – инженеров-евреев, которые и составляют подавляющее большинство работников, занятых в этой отрасли. В любом случае, гораздо заманчивей готовить будущих технарей, которые в один прекрасный день могут разработать некую новую компьютерную аппликацию, чем будущих банкиров, которые в один менее прекрасный день откажут вам в предоставлении кредита.

Но этого недостаточно. Несмотря на свою репутацию центра современных технологий, которой пользуется Израиль, в этой отрасли занято всего около 8 процентов рабочей силы, и почти все, кто работает в хайтеке — инженеры. Если Израиль будет действительно стремиться к интеграции израильских арабов, то ему придется открыть им путь не только для работы во всех секторах экономики, таких как банковское дело и финансы, но и возможности для продвижения.

Отсутствие арабов на руководящих постах в израильских банках является лишь одним из примеров того, какой долгий путь нам предстоит пройти. На тель-авивской фондовой бирже зарегистрировано 460 компаний, но ни одна из них не принадлежит арабам. Арабы, составляющие 21 процент населения страны, занимают лишь 11 процентов рабочих мест на государственной службе, и, как правило, это должности низкого уровня.

Когда-то подобная ситуация объяснялась тем, что израильские арабы не обладали соответствующими навыками и должным уровнем подготовки, из-за чего и оказывались на нижних ступенях лестницы трудовых ресурсов. Но это все чаще не так, особенно, когда мы говорим о женщинах. Израильские арабы становятся все более похожими на евреев из среднего класса, у них тот же образ жизни и те же устремления. Они, так сказать, готовы к своему звездному часу — если только еврейское большинство им позволит.

Гарантии этому никакой нет. Дело не в том, что экономика, которая на настоящий момент полностью укомплектована работниками и стоит на пороге демографических проблем, в них не нуждается. Но общий настрой в наши дни таков, что если вы не лояльно настроенный израильский патриот (иными словами — еврей и не слишком левый), вы «не из наших».

И если следовать этому идиотскому критерию, Хадж-Йехия не должен занимать такой ​​ключевой пост. Откуда мы это знаем? Хадж-Йехия не единственный израильтянин, кто отправился в США, чтобы продолжить образование и продвигаться по карьерной лестнице, но в какой-то момент решил, что хочет вернуться домой. Самый распространенное объяснение, которое можно услышать от израильтян, покинувших теплые места в Америке — они хотят вернуться в старый добрый Израиль, в первую очередь — ради детей.

Тот же вопрос был задан и Хадж-Йехия. Он ответил: «Мои дети достигли возраста, когда я должен был решить, будут ли они американцами, или мы вернемся, чтобы стать частью нашей семьи в Тайбе». Обратите внимание – вернуться не в Израиль, но в арабский израильский город Тайбе.

Но разве из-за этого он менее пригоден для работы, которую ему предстоит выполнять? Быть может, он станет тайком служить палестинскому делу? Подорвет финансовую базу еврейского государства (например, по недоумию дав кредиты магнатам)?

Подобные вопросы звучат слишком нелепо, чтобы произносить их вслух. Но для израильтян, которые поддержали закон о национальном характере государства, или задаются вопросом, зачем это правительство тратит деньги на развитие арабского сектора, ответ, вероятно, очевиден: «да». Арабы вполне могут после закрытия подметать в банке полы, или, возможно, вправе помечтать о том, чтобы стать кассирами, но не председателем же правления.

Дэвид Розенберг, «ХаАрец», М.Р. К.В. Фото: Офер Вакнин



Реклама




Партнёры

Загрузка…

Политика

Реклама

Send this to a friend